Jump to Navigation

Профессор МГИМО Алексей Подберезкин: Действия США и их союзников по ЕС в 2016–2018 годах против России

Версия для печати
Рубрика: 
Основные вопросы:
 
1. Реальное значение санкций США и стран ЕС среди других мер политики «силового принуждения».
 
2. В чём суть концепции санкций против России?
 
 
Стратегия эскалации санкций параллельно с заявлениями о необходимости нормализации отношений представляет собой политику «силового принуждения», которая, по мнению США, находится под контролем, т.е. эскалация силового противоборства развивается в рамках тех границ, которые заранее обозначены США. В проекте сенаторов 2 августа 2018 года эти границы были отмечены чётко в первых 6 параграфах о сдерживании политики России. И в этом проект очень точно соответствовал заявленной стратегии национальной безопасности[1].
 
На мой взгляд, такая политика очень выгодна США, которые решают когда, где и в каких масштабах усиливать давление, и совершенно не выгодна России, потому что лишает её инициативы и возможности действовать на других направлениях. Так, например, в тех областях, которые могут быть болезненны для США, – в отдельных регионах планеты или на отдельных направлениях. Инициатива, выбор времени, области, средств и мер остаётся у США и их союзников. Эти действия хорошо иллюстрирует процесс развития политики санкций США:
 
[2]
 
Таким образом, тактика реализации «силового принуждения» заключается в сочетании эскалации всех форм силового давления с демонстрацией готовности пойти на переговоры (с неизвестным результатом) в случае уступки со стороны России. Расчёт делается на то, что огромные ресурсы США и их союзников смогут заставить правящую элиту России принять навязываемые её «нормы поведения» в мире и внутри страны.
 
При этом у США ЕСТЬ серьёзные основания рассчитывать на эффективность такой политики в силу очевидного несоответствия национальных ресурсов. Так, при совокупных расходах на военные цели США в 2019 году в 886 млрд. долл.[3] (включая сопутствующие расходы МО) и быстрому росту военных расходов союзников по широкой коалиции, соотношение сил в мире и с Россией будет настолько не в нашу пользу (примерно 25:1), что Россия будет просто вынуждена в конечном счёте шаг за шагом уступать Западу.
 
Надо понимать, что такой приём – «уступка за уступкой», применявшийся по отношению к СССР и России прежде, давал определённые результаты. В этом смысле политика США остаётся прежней: зачем менять тактику, если прежняя доказывала не раз свою эффективность. Таким образом, надо признать, что санкционная политика США в отношении России:
 
– имеет долгосрочный характер, не зависящей от личности или партийной принадлежности;
 
– последовательна на протяжении длительного периода времени;
 
– системна, включает самые разные направления деятельности;
 
– доказала свою определённую эффективность прежде,
 
– по своему, «по-американски», принципиальна, опирается на систему взглядов правящей элиты, нормативные документы, конкретные действия;
 
– и предсказуема.
 
В этих условиях реализации внешней политики США по отношению к России не стоит надеяться, что она будет заменена самостоятельно на другую политику, в частности, политику сотрудничества. Подобные надежды только запутывают общественное мнение и правящую элиту. России предстоит исходить из того, что политика «силового принуждения» будет усиливаться. Более того, эта эскалация продлится бесконечно долго, если правящая элита России будет по-прежнему сохранять установку на возвращение суверенитета.
 
Новый шаг, предпринятый 2 августа 2018 года группой американских сенаторов, которые предложили законопроект, предусматривающий ужесточение санкций против РФ, в совершенно конкретных целях, о которых говорится открыто: «Наша цель – изменить статус-кво и ввести сокрушительные санкции против России Путина, пока он не прекратит и не откажется от вмешательства в избирательный процесс в США, от кибератак против инфраструктуры США, выведет российские войска с Украины, прекратит попытки создавать хаос в Сирии», – заявил один из авторов законопроекта сенатор Линдси Грэм.
 
Обращают на себя внимание те меры, которые не относятся к экономическим санкциям, но вписываются в систему мер политики «силового принуждения». Так, проект предусматривает введение новых, а именно политических санкций против российских официальных лиц, олигархов и прочих лиц, а также по сути дела всей страны, которые якобы «способствуют противоправной и коррумпированной деятельности, прямым и опосредованным образом».
 
Кроме этого, речь идет о запрете транзакций, связанных с суверенным долгом РФ, о санкциях против инвестиций в энергетические проекты, поддерживаемые Россией или структурами с участием российского государственного капитала; о запрете гражданам США участвовать в нефтяных проектах в России.
 
Сенаторы предложили вводить «секторальные санкции» против любого жителя РФ, который мог бы поддерживать враждебную киберактивность или способствовать таковой.
 
Также сенаторы считают необходимым оказывать давление на власти России, чтобы они «прекратили подрывать международные усилия по расследованию атак с использованием химоружия». При этом конгрессмены также призвали «наказывать российское правительство за производство и использование химического оружия».
 
Помимо этого, проект предусматривает изучение госсекретарем США того, соответствует ли Россия критериям государства-спонсора терроризма, а также предлагается сформировать центр по борьбе с гибридными угрозами, который занимался бы подготовкой к отражению различных угроз, исходящих от России, и создать специальный фонд по противодействию влияния России.
 
В проекте говорится о том, что США должны продемонстрировать энергичную поддержку НАТО, снизить зависимость ряда членов альянса от российского военного снаряжения, и принять положение, согласно которому США могут покинуть НАТО только в случае одобрения этого шага со стороны двух третей сената.
 
Кроме того, любое противодействие политике «силового принуждения» США может рассматриваться ими как основание для самых жестких санкции. Именно так следует оценивать действия США в отношении М. Бутиной. Арест в Вашингтоне россиянки Марии Бутиной наносит серьезный ущерб отношениям России и США. Вопрос выходит за рамки чисто дипломатических отношений. Американцы посылают сигнал, что любой россиянин, имеющий дело с США, может оказаться за решеткой. Что его электронная почта и записи в социальных сетях могут стать компроматом. Что лучше сидеть тихо, избегать встреч, разговоров и вообще не рыпаться. Особенно когда джентльмены из высших кругов выясняют отношения[4].
 
Для двух стран это гораздо опаснее политических кризисов. Ведь в современном мире с его мобильностью и открытостью ткань отношений выстраивается на низовом уровне и выходит за рамки официальной дипломатии. По сути дела любой гражданин России, даже находящийся за пределами США (например, в Греции) может стать объектом уголовного и политического преследования. Американская юрисдикция публично распространяется на всю правящую элиту России.
 
Эти же санкции наносят удар и по сотрудничеству в самом широком смысле слова, к которому уже привыкли за последние 25 лет. Ученые, деятели культуры, бизнесмены, студенты и общественные деятели свободно общались с представителями властей, политических партий и движений с обеих сторон. Это был полезный, честный и интересный диалог, позволявший лучше понять и узнать друг друга, выйти за рамки стереотипов, пропаганды, мифов, клише, а подчас и откровенной лжи. Участников этого диалога было немного. Но именно в нем была жизнь, возможность свободно и творчески обсуждать общие проблемы. Такую роскошь вряд ли могут позволить себе действующие дипломаты. Поэтому деятельность экспертного и гражданского трека была важнейшей подпиткой для официальной дипломатии как в России, так и в США.
 
Закрывая официальные каналы и контакты, санкции предназначаются для изоляции России в той степени, в которой это не удалось сделать с помощью американской дипломатии. Это отчётливо показывают тренды, иллюстрирующие туризм в Россию, которые свидетельствуют об эффективности антироссийской пропаганды, как минимум, в краткосрочной перспективе. Именно в период 2014–2017 годов количество туристов, приезжающих в Россию, сократилось на 20 млн. человек, каждый из которых может рассматриваться в качестве «маленького генератора» информации о России.
 
[5]
 
Примечательно, что США законодательно распространяют действие закона о санкциях фактически на всех граждан России, работающих или сотрудничающих с государственными институтами. Так, например, в известном законе от 2 августа 2017 года, говорится следующее: «§231. НАЛОЖЕНИЕ САНКЦИЙ В ОТНОШЕНИИ ЛИЦ, ВОВЛЕЧЁННЫХ В СОВМЕСТНУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ С РАЗВЕДКОЙ ИЛИ ВОЕННЫМИ ВЕДОМСТВАМИ ПРАВИТЕЛЬСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ.
 
(а) ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ.
 
После 180 дней включительно с даты вступления в силу настоящего Закона Президент может применить 5 и более санкций, описанных в § 235, если Президент определил, что данное лицо с даты вступления в силу Закона или после вовлечено в тесное сотрудничество с лицом, являющимся членом, действующим в интересах или от имени военного ведомства или разведки правительства Российской Федерации, включая Главное разведывательное управление Генерального штаба Вооруженных сил Российской Федерации или Федеральную службу безопасности Российской Федерации (подч. – А.П.).
 
Иными словами, любое сотрудничество с МО РФ гражданина России может стать основанием для проведения против него санкционной политики, наносящей ущерб (фактически не ограничено) его правам, имуществу и свободе. Тем самым создается изначально «общий фон» для поведения российской общественности и правящей элиты в отношении тех приоритетов и целей политики США, о которых будет сказано ниже.
 
В целом США и ЕС удалось создать относительно универсальную систему для реализации политики «силового принуждения» России и использования самого широкого спектра санкций в будущем, которая неизбежно будет совершенствоваться и дополнятся.
 
 
Вместе с тем, политика санкций США и её стратегия эскалации не абсолютны. В определенных случаях, когда это затрагивает интересы США, они могут и не приниматься или даже отменяться. Так, в июле, в связи с принятием военного бюджета на 2019 ф.г., США не пошли на перенесение санкций на страны, покупающие оружие у России. Разрешилась ключевая интрига, связанная с попытками США убедить другие страны отказаться от военно-технического сотрудничества с Россией: республиканцы и демократы в Конгрессе нашли компромисс по вопросу о вводе санкций в отношении государств, закупающих оружие у Москвы. Согласованная в ночь на вторник версия закона об ассигнованиях на национальную оборону на 2019 год разрешает не вводить ограничительные меры в отношении трех стран, закупающих российские вооружения и технологии,– Индии, Вьетнама и Индонезии. Для остальных партнеров России поблажек не будет, а давление на одну из стран – Турцию – решено усилить превентивно.
 
Вводить ограничения в отношении стран, закупающих российское оружие, власти США обязал принятый в 2017 году по инициативе Конгресса закон «О противодействии противникам США посредством санкций» (CAATSA). Однако администрация президента Дональда Трампа на протяжении нескольких месяцев пыталась отстоять право самостоятельно решать, кого наказывать, а кого нет. Среди стран, наказание которых в Белом доме считают контрпродуктивным, глава Пентагона Джеймс Мэттис не раз называл как раз Индию, Вьетнам и Индонезию. Власти США пытаются сами активно развивать отношения с этими государствами, в том числе в военно-технической сфере, и опасаются, что санкции подорвут этот процесс.
 
По данным Стокгольмского института исследования проблем мира (SIPRI), в 2013–2017 годах доля США на мировом рынке экспорта вооружений составляла 34%, а России – 22%, что означает только одно – постепенное вытеснение российского ОПК с мирового рынка с помощью самых различных санкций, прежде всего, ограничивающих закупки за рубежом российских ВВСТ. В 2018 году мы стали свидетелями откровенного внешнего давления не только на Турцию, но и Индию и даже КНР со стороны США, налагавших санкции на эти страны за закупки современных и дорогих вооружений и военной техники.
 
 
 
_____________________________________
 
[1] National Security Strategy of the United States? December 2017. – Wash., 2017 //https.: //whitehouse.gov/wp-content/uploads/2017/12/NSS-Final-12-18–2017-0905. pdf
 
[2] Moret E., Giumelli F., Jarosz D. Sanctions on Russia: Impacts and economic costs on the United States / Overview of the US’ Russia sanctions. – P. 8 / graduateinstitute.ch
 
[3] Amadeo K. US Military Budget: Componrnts. Challenges, Growth. Feb. 15, 2018 / www.withbalance.com
 
[4] Тимофеев И. США посылают сигнал // Коммерсант, 18.07.2018.
 
[5] Korhonen I., Simola H., Solanko L. BOFIT Policy Brief 4/2018 / Bank of Finland / Institute for Economies in Transition. 2018. – № 4. – P. 19.


Main menu 2

tag replica watch ralph lauren puffer jacket iwc replica swiss
by Dr. Radut.