Jump to Navigation

Профессор МГИМО Алексей Подберезкин: Обоснование «Точки отсчета», направления и этапов развития модели вероятного варианта сценария МО после 2025 года

Версия для печати
Рубрика: 
… всем нам нужно трезво оценивать существующие угрозы глобальной,
региональной и национальной безопасности[1]
 
С. Нарышкин, Председатель Госдумы ФС РФ
 
Оценка военно-политической обстановки в межгосударственном
и внутригосударственном измерениях является базовым
условием обеспечения национальной безопасности[2]
 
К. Боришполец, профессор МГИМО(У)
 
 
Хотим мы того или нет, но в конкретный современный и будущий исторический период в правящей элите (или в ее основной части) доминирует некая точка зрения, позиция, «линия партии», которая во многом предопределяет оценку политических реалий[3]. Иначе говоря, во все времена существовал некий «тренд», «люди», политическая конъюнктура, которая влияла на реалистичность оценок и суждений. Как правило, этот тренд является залогом успеха той или иной личности в политике, которая стремится к политической карьере, а поэтому вынуждена, считаться с господствующей в элите точкой зрения. Иногда вопреки собственным взглядам и собственной воле.
 
Достаточно часто, впрочем, в правящей элите существует не одна, а две и даже три доминирующие точки зрения, конкурирующие между собой. Как правило, в форме идеологий или «идеологических линий». И истинное мастерство политика заключается в том, чтобы отстаивая свою точку зрения, не стать непримиримым врагом другой, господствующей. Политические долгожители (также, как А.И. Микоян, А.И. Вольский и Е.М. Примаков, например), отличались такой редкой способностью. Иногда (как у М. Горбачева) это превращалось в идеологическую беспринципность, _____, что мешало его перспективы.
 
«Точка отсчета» текущего политико-экономического соотношения сил в мире и оценка МО, а также вектор (направление) развития сценария МО имеют исключительно важное значения для стратегического прогноза будущего сценария развития МО и его вариантов. Прежде всего потому, что вся система международных отношений, состоящая из тысяч субъектов, процессов и акторов, находящихся в известных отношениях между собой, имеет определенную инерционность и заданность, которая во многом предопределяет ее состояние в будущем . И не только потому, что в ней существует достаточно много постоянных величин (таких как территория, географическое положение, наличие природных ресурсов, климатические особенности и др.) и вполне устойчивых демографических, экономических, социально-культурных и иных тенденций, но и потому, что все новые факторы, участники МО, тенденции, как правило, уже имеют определенные зачатки в прошлом. Особенно важное значение это имеет для оценки ближайших перспектив, в частности, среднесрочного прогноза развития МО, который в значительной степени станет экстраполяцией существующей МО. Это также важно как и определение точных координат для ракетной или артиллерийской установки на местности, от которой рассчитывается направление и дальность будущего выстрела. Очевидно, что если вы дадите изначально ошибочные координаты ПУ ракеты или орудия, то невозможно будет рассчитать ни точное направление (вектор), ни дальность выстрела, ни, главное, точные координаты цели.
 
В политике это имеет не менее важное значение, ибо от адекватной оценки современной МО и ВПО зависит точность прогноза и характер политики на будущее, а также – неизбежно – эффективность стратегического планирования. В зависимости от точности анализа современной МО, кроме того, находится политическое позиционирование как правящий элиты, так и самого государства. Далеко не всегда те или иные оценки МО являются одинаковыми для разных слоев правящей элиты. Так, если радикальные либералы 90-х годов полагали, что «чем дальше НАТО продвигается на восток, тем будет лучше для России», то оценки государственников или коммунистов были иными. Соответственно и действия России, и стратегические прогнозы были разными.
 
С точки зрения практического прогнозирования для нас имеет значение:
 
– во-первых, «точка отсчета» сегодняшнего дня, т.е. реальная оценка МО и положения нашей страны;
 
– во-вторых, «точка отсчета», в которой МО будет находится в 2025 году. Именно от нас нам предстоит строить сценарии развития МО до 2040 года.
 
Эти две ключевые «точки бифуркации», имеют принципиально важное значение: от первой из них зависит современная оценка перспектив, а от второй – долгосрочный прогноз развития МО.
 
 
 
«Точка отсчета» развития современного сценария МО как основы для сценария в 2025 году
 
… в современном мире отчетливо проявляется трансформация
политического насилия[4]
 
Я. Новиков, Генеральный директор Концерна ВКО «Алмаз-Антей»
 
Здоровье глобальной экономики будет все больше и больше связано с тем, как пойдут дела в  развивающихся  странах – даже больше, чем в государствах Запада.
Развивающийся мир уже обеспечивает более 50% глобального роста и 40% мировых
инвестиций. Его вклад в глобальный рост инвестиций составляет более 70%.
Доля Китая в полтора раза превышает
долю США[5]
 
Прогноз национального Совета по разведке США
 
 
Современные оценки МО – основа для оценок будущих сценариев МО в 2025 году и «точек отсчета» дальнейших прогнозов. Если допустить, положим, что доминирует точка зрения на развитие сотрудничества России и США, очередную перезагрузку и улучшение отношений вплоть до возвращения к разрядке (а такие лица есть в российской и американской политической элите), то неизбежно напрашивается вывод о том, что вектор этих отношений будет развиваться в направлении развития сотрудничества или, как минимум, отсутствия противоборства, а не конфронтации. Удивительно, но в одном и том же обществе в одно и то же время могут сосуществовать эти полярные позиции.
 
Из них как правило, появляется и стратегический прогноз типичный стратегический прогноз – экстраполяция существующих тенденций на будущее. Но даже в такой простой экстраполяции необходимо точная оценка существующей ситуации и перспектив ее развития. Что отнюдь не является, как это иногда кажется, простым анализом: вмешательство множества внешних факторов, прежде всего субъективных – политических, экономических, идеологических, – а так же интересов (в т.ч. материальных) превращает такой анализ порой в субъективную, нередко личностную, оценку. Таких личностных оценок мы встречали немало.
 
Очевидно, что стратегический прогноз без объективной оценки современны реалий невозможен. Определение объективно точной «точки отсчета» (положения России в мире) в середине второго десятилетия XXI века имеет исключительно важное значение. Даже в наши дни огромная существенная разница в оценках – от катастрофической до оптимистической, – в зависимости от которой находятся не только степени национальной мобилизации и идентичности, но и отношение к другим участникам и акторам МО. Так, оценивая будущее положение России в мире как катастрофическое, некоторые представители правящей элиты готовы идти на уступки западной ЛЧЦ граничащие с капитуляцией и  отказом от суверенитета (Л. Кудрин), а другие (А. Проханов) – предлагают национальную мобилизацию
 
«Реалисты-прагматики», к которым принадлежит большинство современной российской правящей элиты, полагают, что можно совместить национально-ориентированную политику с либеральными реформам, а искусственно придуманные «Стратегию социально-экономического развития России до 2020 года» с «Военной доктриной России» (которая также не вполне реалистична), принятой в декабре 2014 года. Гораздо точнее и определеннее «Стратегия национальной безопасности Российской Федерации», принятая 31 декабря 1915 года, но и в ней отсутствуют прогностические моменты.
 
Очевидно, что от исключительной точности определения современного положения России зависит стратегический прогноз, чего, как мы видим пока нет. Это хорошо видно на примере долгосрочного прогноза и планирования, вытекающего из прогноза до 2100 года развития энергетики страны, где присутствует:
 
– история развития и основные тенденции, существовавшие с 1980 года по н/вр;
 
– «точка отсчета» (2020 год, как данность);
 
– прогноз развития электроэнергетики и атомных станций до 2100 года.
 
[6]
 
Естественно, что этот долгосрочный прогноз (при всех сложностях его подготовки) гораздо проще, чем стратегический прогноз развития МО, который учитывает не просто большее число переменных и субъективных величин и тенденций. Вместе с тем, даже такой прогноз демонстрирует возможную и вероятную разнонаправленность тенденций, временной промежуток их существования и т.п.
 
Этот пример – очень характерен для иллюстрации значения «точки отсчета» в долгосрочном прогнозе  и стратегическом планировании, где за исходную дату выбран 2020 год (вероятный ввод быстрых реакторов И (И-РИ), который в энергетике ассоциируется с новой парадигмой, качественно меняющей всю обстановку в отрасли.
 
Аналогичную «точку отсчета», для развития МО, когда могут появиться новые парадигмы, можно обозначить в 2025 году. Есть основания (о которых подробно говорилось выше)[7] полагать, что именно в эти годы произойдет смена целого ряда парадигм в МО и ВПО, что может радикально повлиять на ситуацию в мире.
 
Сегодня точное определение «точка отсчета» в России имеет особое значение потому, что в российской правящей элите есть, как минимум, две противоположные оценки. Одна – как временное, тактическое охлаждение отношений России с западной ЛЧЦ, которое может и должно закончиться компромиссом (даже на западных условиях). Другая – как признание фактического вступления Запада в войну против России и невозможность компромисса. Войну, естественно, XXI века, когда действия осуществляются системно, глобально, в долгосрочной перспективе, бескомпромиссно (т.е. «на уничтожение»). Эта системная война, как уже говорилось, называется «сетецентрической войной». Самое общее представление о ней может дать следующий рисунок[8].
 
 
Очевидно, что это две противоположные «точки отсчета» имеют исключительно важное значение для прогноза развития любого сценария МО. Очень условно их можно показать на оси координат следующим образом. В дальнейшем по аналогии с прогнозом энергетики, мы рассмотрим эволюцию развития сценария МО до 2025 года поэтапно, иллюстрируя конкретными примерами.
 
 
Как видно из рисунка, место России относительно современного сценария развития МО различается принципиально: в «Сценарии А» констатируется фактическое начало военного конфликта уже в 2016–2017 годах и прогнозируется его дальнейшее развитие до 2025 года с переходом в полномасштабную фазу войны после 2025 года. При этом, как уже говорилось, возможны три варианта: «вариант а» – пессимистический; «вариант б» – реалистический; «вариант в» – оптимистический.
 
В оценки МО, названном нами «Сценарий Б», ситуация оценивается не просто более оптимистично, а качественно по-иному, предполагая, что ухудшение отношений Запада с Россией дальше фазы «враждебность» не пойдет. Очевидно, что разница между «точками отсчета» и вариантами «А» и «Б» – принципиальная. Она заключается прежде всего в расхождении оценок относительно реального положения России и необходимости мобилизации ее ресурсов. Вариант «Б» не предполагает такой мобилизации. Более того он допускает современный уровень не только военных расходов, но и прогнозирует их сохранение в долгосрочной перспективе. Похоже, что именно этот вариант оценки «точки отсчета» доминирует сегодня в России.
 
Другой подход к оценке «точки отсчета» существует при проработке варианта «А». Учитывая, что мы предполагаем наиболее вероятным конфликтным сценариям развития МО «Сценарий А», необходимо остановиться на нем подробнее. Я полагаю, что эскалация сетецентрической войны на Украине и Сирии против России к весне 2016 года прошла все основные стадии «подготовительного» этапов войны и перешла в свою «законную» военную фазу. По аналогии со Второй мировой войной – это аналог периода «странной войны» Франции и Англии, которой наступил осенью 1939 года после разгрома Польши, но не сопровождался массированными вооруженными действиями. Поэтому для нас принципиально важно конкретнее рассмотреть возможные последующие этапы развития сетецентрической войны против России, т.е. «Сценария А».
 
Можно достаточно определенно прогнозировать, каким образом – до и после 2025 года – будет развиваться сетецентрическая война против России со стороны западной ЛЧЦ по отдельным этапам, значительная часть которых уже пройдена. Ее рабочий алгоритм не только теоретически обоснован, но и фактически уже существует последние десятилетия. Более того совершенствуется не только в секретных документах, но и открытых для общественности нормативных и иных актах[9]. Поэтому логические рассуждения о нем и действующую схему можно комментировать следующими конкретными примерами для наиболее важных этапов развития сетецентрической войны.
 
 
____________________________________
 
[1] Нарышкин С.Е. Вступительное слово // Подберезкин А.И., Мунтян М.А., Харкевич М.В. Долгосрочное прогнозирование сценариев развития военно-политической обстановки: аналит. доклад. – М.: МГИМО (У), 2014. – С. 3.
 
[2] Некоторые аспекты анализа военно-политической обстановки: монография / под ред. А.И. Подберезкина, К.П. Боришполец. М.: МГИМО(У), 2014. – С. 7.
 
[3] Подберезкин А.И. Вероятный сценарий развития международной обстановки после 2021 года. – М.: МГИМО (У), 2015. – С. 91–110.
 
[4] Новиков Я.В. Вступительное слово / В кн.: Подберезкин А.И., Харкевич М.В. Мир и война в XXI веке: опыт долгосрочного прогнозирования развития международных отношений. – М.: МГИМО (У), 2015. С. 6.
 
[5] Глобальные тенденции 2030: Альтернативные миры. Публикация национального Совета по разведке США. 2012. Декабрь. – С. 43.
 
[6] Национальный исследовательский Томский политехнический университет. Кафедра химической технологии редких, рассеянных и радиоактивных элементов Р. Крайденко, Атомная промышленность / http://portal.tpu.ru/SHARED/k/KRAYDENKO/knu/Tab
 
[7] Подберезкин А.И., Мунтян М.А., Харкевич М.В. Долгосрочное прогнозирование сценариев развития военно-политической обстановки: аналит. доклад. – М.: МГИМО (У), 2014.
 
[8] Бондаренко А.В. «Мягкая сила» и «Управляемый хаос»: инструменты современной политики / https://security.hse.ru/dsec/matMSiUHtwo
 
[9] См., например: Противопартизанские операции. Полевой устав Армии США. № 90-8АМ / Wash.: 1986.


Main menu 2

tag replica watch ralph lauren puffer jacket iwc replica swiss
by Dr. Radut.