Jump to Navigation

Профессор МГИМО Алексей Подберезкин: Общие принципы «Мобилизационного» сценария развития России до 2025 года

Версия для печати
Рубрика: 
…синергия обозначает общий эффект взаимодействия различных сил,
который превосходит их простую сумму[1]
 
В. Малявин, профессор
 
 
Перспективы сохранения национальной идентичности и суверенитета России в будущем непосредственно связываются со способностью её правящей элиты обеспечить противодействие системному и тотальному силовому давлению со стороны западной ЛЧЦ. Такая способность, в свою очередь, зависит от другой способности – концентрировать и эффективно использовать национальные и союзнические ресурсы, которые не ограничиваются только известными материальными (экономическими, финансовыми и иными) ресурсами, но и моральными, духовными, волевыми ресурсами всей нации, способными в своей совокупности обеспечить новый, синергетический, удивительный по своей мощи, эффект[2].
 
Не случайно, что такой эффект, достигнутый благодаря Сергию Радонежскому и Дмитрию Донскому в ХIУ веке, обеспечил Руси освобождение от татаро-монгольского ига, в XVII  веке – от Смуты, а в середине ХХ века от нашествия объединенной «под Гитлером» Европы, когда СССР, обладавший в 3-5 раз меньшими ресурсами, смог стать победителем.[3]
 
Современная военно-политическая обстановка развивается таким образом, что, как и прежде, потребует от России мобилизации всех ресурсов с целью получения синергетического эффекта потому, что механическое противостояние при соотношении сил с Западом измеряется соотношением от 1:5 (в демографической области) до 1:25 (в области технологической). Именно поэтому, прежде всего, «Мобилизационный» сценарий развития России до 2025 года качественно, принципиально отличается от других сценариев, которые концентрируются на социально-экономических аспектах развития нации, общества и государства.
 
 
Морально-политическая национальная мобилизация
 
Исходным моментом политического анализа при исследовании политической ситуации в стране…
является определение социально-политической ориентации её населения…[4]
 
М. Хрусталёв, профессор
 
 
Правящая элита России уже опоздала с признанием опасной ситуации для самого существования нации, позволив внешним и внутренним антироссийским силам развернуть тотальную компанию против России, которая только начала встречать организованное сопротивление в самые последние годы у части правящей элиты. Поэтому признание необходимости общенациональной мобилизации становится запоздалым и срочным шагом, способным компенсировать ошибки предыдущих лет[5]. В основе реализации мобилизационного сценария лежат принятие правящей элитой следующих принципов, среди которых важнейшее место занимает принцип морально-политической мобилизации, предполагающий:
 
– решительную защиту жизненно важных интересов, ценностей и борьба за сформулированные цели нации, отрицающая беспринципные компромиссы, которыми прославился СССР и Россия в период горбачевско-ельцинского правления;
 
– признание критического уровня опасности большинством правящей элитой и обществом, что означает согласие на системные и радикальные меры в области государственного и общественного управления;
 
– готовность использовать максимально полно все национальные ресурсы (материальные, духовные, демографические, пр.) в целях обеспечения безопасности и развития;
 
– создание и реализацию соответствующей стратегии обеспечения национальной безопасности и мобилизационного развития.
 
Для России в настоящее время приближается решающее время признание всех этих принципов и условий, которое потребует, в свою очередь,  неизбежное  признание необходимости разработки соответствующей стратегии развития и других политических, правовых и нормативных документов.  Эта стратегия должна означать также:
 
– пересмотр Стратегии национальной безопасности от 31 декабря 2015 года, которая отражала уже в то время устаревшие международные и российские реалии[6];
 
– превращение новой Стратегии в действительно общенациональный, обязывающий документ;
 
– реализацию практических мер по обеспечению новой мобилизационной стратегии всеми необходимыми ресурсами[7].
 
Очевидно, что такую стратегию необходимо иметь в нескольких возможных вариантах, предполагающих достаточно быстрый переход России к этапу мобилизационного развития. Такие варианты должны зависеть от внешних, объективных относительно России, условий развития МО и ВПО. Этот этап, в свою очередь, соответствует условиям фактического вступления российского государства в войну в ближайшие годы, а также неизбежной открытой (публичной) констатации возможности и вероятности этого факта. Именно на этой стадии перехода Россия оказалась в 2017 году после расширения санкций и фактического использования военной силы на Украине и при помощи экстремистских организаций против России.
 
 
Принцип системной (тотальной) мобилизации
 
И думает Путин: «Прежде чем войти, подумай, как выйти».
Думает «Лучше шаг вперёд и два шага назад, чем прыжок вперёд –
а там пропасть». Думает Путин: «Поспешишь – не только людей насмешишь,
но и страну угробишь». И ещё думает: «Тише едешь – дальше будешь».
И молчит Путин о том, о чём думает. А говорит и вовсе не то, что сказать
хочет. А лишь то, что надо. Либералов хвалит. Патриотов жалует. Всем
жить дружно предлагает. Тем улыбнётся – и с этими обнимется. Солженицыну
цветочки возложит – и в Бессмертном полку пройдётся. Алексееву наградит –
и героям Сирии награды раздаст[8]
 
А. Халдей, публицист
 
 
Не трудно заметить, что В.Путин дистанцируется от политических доктрин и идеологических стратегий, очевидно предпочитая им конкретные действия. Идеологию он заменяет «сигналами», посылаемыми обществу, которое, надо признать, внимательно к ним прислушивается. Но это же «ручное управление» само по себе неизбежно отрицает системные решения, делает политику мозаичной и субъективно-эклектичной, а, главное, не дает исполнителям четких стратегических ориентиров: ни к одному из нормативных документов принципиального характера – от Стратегии национальной безопасности, Военной доктрины, Концепции социально-экономического, информационного, цифрового и пр. развития – у лиц, принимающих решения, нет абсолютного доверия. Похоже, что В.Путин боится сказать «Да» потому, что для кого-то и где-то это будет «Нет», что совершенно не вяжется с его образом и опытом.
 
Между тем России предстоит принять стратегические решения в 2018–2025 годах даже если В.Путин и не захочет этого потому, что этого будет требовать новая ВПО. Также как это произошло в августе 2008, январе 2014 годов, а до этого – когда Ш.Басаев отправился в свой рейд по Северному Кавказу. Тогда В.Путин принял точные и системные решения в силу внешних обстоятельств.
 
Как правило, такие мобилизационные сценарии выбираются властью в условиях ведения или неизбежного вступления в войну. На опыте СССР можно говорить о том, что именно такой сценарий доминировал с конца 20-х годов прошлого века, превратившись в фактическую военную экономику СССР к 1939 году[9]. Используя аналогию, можно сказать, что Россия в 2018 году находится накануне 1939 года, когда Мировая война неизбежна и практически уже началась в отдельных регионах, о чем я достаточно откровенно написал еще в 2015 году[10]. Именно 2015–2017 годы явились годами стремительной эволюции политики западной ЛЧЦ от силовой к военно-силовой составляющей, превратившись в войну против России в «войну де-факто». Войну с использованием широкого арсенала силовых средств (апогеем которых стал системно-стратегический закон, утвержденный Д. Трампом 2 августа 2017 года), но пока что с осторожным использованием вооруженного насилия.
 
Поэтому для В. Путина время принятия такого системного и радикального решения наступило. Оно будет означать, что после выборов президента предстоит серия системных шагов в политической области, которых уже избегать больше невозможно.
 
 
Фактор времени
 
Общие контуры такого мобилизационного сценария должны быть очерчены и приняты очень быстро, учитывая огромное временное отставание. Нужен помесячный план реализации, составлять который должны параллельно с созданием новой военной организации  страны, т.е. тем инструментом, механизмом управления, который будет не только планировать, но и выполнять намеченное.
 
 
Многовариантность как политико-дипломатический ресурс сценария развития России
 
На мой взгляд, мобилизационный сценарий развития со стороны России предполагает следующие конкретные варианты своего развития в зависимости от темпов и масштабов проведения всех мобилизационных мероприятий в России:
 
– Вариант № 1: «Импортозамещение» мобилизационного сценария , предполагающий распространение опыта импортозамешения и государственное стимулирования развития отечественной промышленности и сельского хозяйства на все отрасли экономики и внешней торговли и в полном объеме до уровня, когда внешняя зависимость от того или иного вида продукты или услуги становится минимальной;
 
– Вариант № 2: «Изоляционизм» мобилизационного сценария, распространяющий политику импортозамещения не только на все отрасли экономики и торговли, но и финансовую и таможенную политику до степени возможности существования на ограниченной территории и рынках; этот сценарий, например, предполагает снижение экспорта сырья, но резкое увеличение глубины его переработки (запрет на экспорт сырой древесины, нефти и газа, а также руд металлов).
 
– Вариант № 3: «Оптимизация» мобилизационного сценария, предполагающий максимальную степень экономической и социальной мобилизации в наиболее современных формах, с опорой на развитие творческого потенциала человека и его институтов. В частности, необходимо вернуться к опыту всеобщей воинской службы, запретив занимать государственные должности лицам, не отслужившим срочную службу. Переподготовка, кстати, должна стать регулярной и не формальной, как, например, в Швейцарии или Израиле.
 
Примеров такой мобилизации экономики и общества не мало не только в далекой, но и современной истории. Очевидно, что исторический проект «Кузьма Минин» может быть повторен в современных условиях в тех или иных масштабах.
 
Само по себе признание правящей элитой фактического состояния «силового противоборства» или «войны» означало бы, что процесс реорганизации государственных институтов, общества и экономики стартовал и можно вести речь о его самых различных формах. Так, например, следует принять (также единогласно) закон о противодействии политике США в качестве ответного шага на принятие Конгрессом закона 3362, а также начать широкую дискуссию о национальной мобилизации в целях отражения внешней агрессии.
 
В рамках этой дискуссии можно было бы разработать и применить самый широкий набор мер по мобилизации нации в самых различных областях – от повышения эффективности экономики до национальной, демографической и военной политики, включая ужесточение административных и уголовных мер в области сохранения правопорядка, борьбы с экстремизмом и терроризмом[11].
 
Понятно, что в рамках этого мобилизационного сценария возможны в конечном счете самые разные варианты, а не только обозначенные в качестве примера в этой работе.
 
Основные варианты и их характеристики «Сценария № 3» развития России можно сгруппировать следующим образом в зависимости от динамики основных показателей развития России до 2025 года, сделанных разными экспертами в разное время на основе экстраполяции и интерполяции различных возможных показателей развития России:
 
 
В целом можно констатировать, что в случае реализации до 2025 года «Сценария № 3» («Мобилизационного») развития России результат мог бы стать аналогичным результаты семилетки 50–60-х годов, т.е. фактическому удвоению ВВП, изменению структуры экономики страны, социальной и демографической структуры российского общества. Это означало бы, что через 7 лет, т.е. к 2025 году, объем и качество национальной мощи страны, как минимум, были бы увеличены в несколько раз и появилась бы реальная возможность сохранения нации и страны.
 
Этот сценарий предполагает разработку и принятие комплекса мер в политической, финансовой, экономической, информационной и административной областях для концентрации всех национальных возможностей. В частности, если говорить о финансовой области, то необходима реальная «деоффшоризация» российской экономики и финансов, которая позволит вернуть в страну порядка 1000 млрд. долл. и ограничит вывоз валюты и золота за рубеж. Бывший помощник Председателя правительства РФ профессор В. Андрианов пишет по этому поводу: «Несмотря на экономические санкции со стороны промышленно развитых стран, по оценкам экспертов, по-прежнему около 15–20% финансовых и других активов наиболее состоятельных граждан России оседают за рубежом и прежде всего в оффшорных зонах[12].
 
Оффшорные[13] структуры российского бизнеса – это, в первую очередь, центры концентрации прибыли, которую они получают в России и выводят из-под российского налогообложения, а также надежные «сейфы» для состояний олигархов, полученных как законным, так и криминальным путем.
 
В начале текущего столетия в оффшорных зонах было зарегистрировано более 20 тыс. российских оффшорных компаний и открыто около 6,6 тыс. счетов российских банков. Прибыль от деятельности оффшорных компаний практически не попадала в Россию. С начала так называемых либеральных экономических реформ в России именно оффшорные компании стали одним из основных каналов утечки российского капитала за рубеж. На протяжении длительного периода времени вывоз капитала из России осуществлялся как законным (легальным), так и незаконным (нелегальным) путем[14].
 
По оценкам специалистов, уже к моменту распада СССР за пределами страны оказалось порядка 100 млрд. долл. советского капитала. С начала проведения в России либеральных экономических реформ в 90-е годы прошлого столетия сформировалась и развивалась устойчивая тенденция постоянного роста масштабного ежегодного оттока капитала. По официальным данным платежного баланса за 23 года (1994–2017 гг.), накопленный объем оттока капитала из России, рассчитанный как отрицательное сальдо счета операций с капиталом и финансовыми инструментами в частном секторе, оценивался в 826 млрд. долл. США.
 
 
В целом объем оттока капитала из России превышал как объем притока прямых предпринимательских иностранных инвестиций, так и займы, и кредиты международных финансовых организаций, и двустороннюю финансовую помощь промышленно развитых государств. Иными словами, вся политика привлечение иностранных инвестиций за последние 30 лет оказалась несостоятельной. И не только финансово, но и политически: вывоз капитала осуществлялся банками и прочими хозяйствующими субъектами, к которым относятся как крупные компании, так и предприятия малого и среднего бизнеса.
 
 
_____________________________________
 
[1] Малявин В.В. Синергия и грядущее евразийское содружество / Фокус, 2017. Апрель. – С. 21.
 
[2] Роль институтов гражданского общества и потенциала человеческой личности как возрастающих факторов ускорения социально-экономического развития России / А.С. Батанов, А.И. Подберёзкин, В.И. Зоркальцев. – М.: Русская Консалтинговая Группа, 2005.
 
[3] См. подробнее: Подберёзкин А.И. Современная военная политика России. – М.: МГИМО-Университет, 2017. – Т. 2.
 
[4] Хрусталёв М.А. Анализ международных ситуаций и политическая экспертиза. – М.: «Аспект Пресс», 2015. – С. 68.
 
[5] Роль институтов гражданского общества и потенциала человеческой личности как возрастающих факторов ускорения социально-экономического развития России / А.С. Батанов, А.И. Подберёзкин, В.И. Зоркальцев. – М.: Русская Консалтинговая Группа, 2005.
 
[6] Подберёзкин А.И. Стратегия национальной безопасности России в ХХI веке. – М.: МГИМО-Университет, 2016. – С. 365–378.
 
[7] См. подробнее: Подберёзкин А.И. Военная политика России. – М.: МГИМО-Университет, 2017. – Т. 1–2.
 
[8] Халдей А. Почему Путин не слушает советников / Эл. ресурс: «РЕХ». 11.01.2018 / www.rex.ru
 
[9] Роль институтов гражданского общества и потенциала человеческой личности как возрастающих факторов ускорения социально-экономического развития России / Батанов А.С., Подберёзкин А.И.,  Зоркальцев В.И. – М.: Русская Консалтинговая Группа, 2005 г.
 
[10] Подберёзкин А.И. Третья мировая война против России: введение в концепцию. – М.: МГИМО-Университет, 2015.
 
[11] Роль институтов гражданского общества и потенциала человеческой личности как возрастающих факторов ускорения социально-экономического развития России / А.С. Батанов, А.И. Подберёзкин, В.И. Зоркальцев. – М.: Русская Консалтинговая Группа, 2005.
 
[12] Андрианов В.Д. Эл. ресурс: «ВИПЕРСОН», 2017. 11 августа.
 
[13] Андрианов В.Д. Эл. ресурс: «ВИПЕРСОН», 2017. 11 августа.
 
[14] Роль институтов гражданского общества и потенциала человеческой личности как возрастающих факторов ускорения социально-экономического развития России / А.С. Батанов, А.И. Подберёзкин, В.И. Зоркальцев. – М.: Русская Консалтинговая Группа, 2005.


Main menu 2

tag replica watch ralph lauren puffer jacket iwc replica swiss
by Dr. Radut.