Jump to Navigation

Профессор МГИМО Алексей Подберезкин: Перенос центра политической и экономической активности на восток: сущность приоритета развития восточных регионов в стратегии интеграции России как главного условия для создания нового центра силы в Евразии и АТР

Версия для печати
Рубрика: 
Для России "сдерживание" Китая чревато усилением нажима США 
и их союзников на районы Сибири и особенно Дальнего Востока[1]
 
Ю. Тавровский, востоковед
 
Многообразие и сложность международных проблем 
и кризисных ситуаций предполагают своевременную 
оценку приоритетности каждой из них во внешнеполитической 
деятельности Российской Федерации[2]
 
Концепция внешней политики РФ
 
 
Приоритетность развития восточных регионов страны и отношений со странами АТР не случайно совпала с публикацией в "Известиях" 3 октября 2011 года известной статьи В. Путина, посвященной евразийской интеграции. В ней, концептуально и стратегически, речь шла не только о проблемах ТС и ЕврАзЭс, но и вообще восточном векторе российской политики. Причем не только внешней, но и внутренней. При этом в статье очевидно была заметна и тревога, которая вытекала из негативных аспектов мировой политики, включая роста конфликтности в борьбе за мировые ресурсы и напряженности в АТР. Как подчеркивал в то время востоковед Ю. Тавровский, "Формат статьи опубликованной "Известиями" 3 октября, очевидно, помешал Путину указать не только на благоприятные, но и на негативные обстоятельства, в которых России предстоит наращивать свой вес в АТР. Это в первую очередь провозглашение президентом Обамой переноса приоритета США во внешней политике и в военных приготовлениях с Ближнего Востока в АТР ради "сдерживания" Китая. Эта стратегия коснется не только самого Китая, но и всех стран АТР, в каких бы отношениях с Вашингтоном или Пекином они ни состояли. Для России "сдерживание" Китая чревато усилением нажима США и их союзников на районы Сибири и особенно Дальнего Востока. США уже пытаются ограничить доступ Китая к сырьевым ресурсам других стран - от Ливии до Мьянмы, от Судана до Латинской Америки. Слабая заселенность и относительная неразвитость наших восточных регионов могут стать предлогом для призывов к их "интернационализации". Соответствующие "пробные шары" уже давно катают американские эксперты, рассуждающие о "принадлежности всему человечеству нерационально используемых Россией богатств". Защита Сибири и Дальнего Востока возможна прежде всего через их ускоренное развитие, расширение имеющихся и создание новых предприятий, транспортных магистралей, городов и поселков. Запущенность проблем Востока России породила немыслимые еще не так давно сепаратистские настроения среди местных жителей. В ходе недавней переписи населения тысячи людей назвали своей национальностью "сибиряк". С ностальгией вспоминается и недолгое существование "суверенной" Дальневосточной Республики, упраздненной большевиками из-за усиления американского влияния"[3].
 
Иными словами проблема развития восточных регионов и стратегия евразийской интеграции являются не столько экономическими, сколько политическими и даже военно-политическими проблемами. Соответственно и средства для решения этих проблем, и приоритеты должны быть прежде всего политическими.
 
Очень важно понимать сущность приоритетности в развитии восточных регионов страны, их содержание и характер, которые сегодня в основном сводятся к ресурсным и территориальным факторам.
 
Для русских, осваивавших Сибирь и Дальний Восток на протяжении веков, понятие "Русская Земля" всегда имела традиционно более глубокий смысл, чем экономическая целесообразность или даже политическое единство. Достаточно вспомнить лекции В. Ключевского, чтобы соотнести современные представления с традициями и обычаями прошлых лет. В этом смысле Сибирь и Дальний Восток - "Русская Земля", восточная часть европейской цивилизации, которая органично и удивительно цивилизованно впитала в себя азиатские обычаи и нравы.
 
Для России заявленная цель имеет огромное, принципиальное цивилизационное значение - политическое, военное, экономическое и социокультурное "пространственное" освоение Сибири, Дальнего Востока и АТР означает не просто сохранение контроля над этими регионами, но и создание нового центра силы во главе с Россией в Евразии и АТР, естественное увеличение национального человеческого потенциала, прежде всего в его демографическом, пространственном и качественном измерении.
 
При таком понимании роли восточных регионов для России как будущего цивилизационного и политико-экономического центра в Евразии и АТР, совершенно по-иному выглядит вся восточная политика Москвы, которая во втором десятилетии XXI века стала приобретать новые очертания. В частности, если согласиться с тем, что эта цель является важнейшей стратегической целью российской нации в XXI веке, то неизбежно необходимо ответить на вопрос: где должен находиться не только географический, геополитический, но и социально-экономический центр России в XXI веке?
 
Сегодня предлагаются самые разные варианты ответа на этот вопрос, включающий и такие как перенос экономической и политической активности из центральной части России в Западную, Восточную Сибирь или на Дальний Восток. Выдвигается и самая разная аргументация.
 
На мой взгляд, возможен и такой вариант ответа: если допустить, что новым мировым центром силы стал АТР, то ключевая роль в России должна принадлежать регионам, расположенным вблизи этого региона. В том числе политическая и экономическая. В частности речь идет неизбежно о переносе столичных функций (прежде всего экономических и финансово-торговых) в АТР, а именно в один из Дальневосточных регионов.
 
Наиболее предпочтителен, может быть выбор не в пользу Владивостока или Хабаровска, а в пользу небольшого порядка Советская Гавань, у которого есть целый ряд серьезных конкурентных преимуществ.
 
1. Географически он является примерно одинаково удален как от Камчатки, Якутии, остальных районов Хабаровского и Приморского края.
 
2. Он является конечным пунктом БАМа и связан ж/д сетью с Хабаровском и Владивостоком.
 
3. Этот город расположен вблизи Сахалина, Камчатки и других регионов по сути внутреннего Охотского моря.
 
4. Этот город обладает потенциалом портового центра, а при необходимости может стать крупнейшим портом АТР.
 
5. Этот город обладает минимальной авиационной и автодорожной структурой, а также судостроительными и судоремонтными производствами.
 
6. В отличие от Хабаровска и Владивостока он не столь удален от других регионов ДВФО и не расположен вблизи границ с другими государствами.
 
Кроме того, важнейшие возобновляемые ресурсы - вода, посевные площади, леса - в XXI веке приобретают качественно новое значение. Уже не только углеводороды и минеральное сырье, но и эти ресурсы становятся важнейшим национальным достоянием.
 
 
Важно сохранить, а в будущем и усилить влияние России на постсоветском пространстве и в АТР, которое объективно падает. В том числе и прежде всего в культурной и гуманитарных областях, что хорошо видно на примере русского языка. Так, за 20 лет украинской независимости "число школьников, обучающихся на русском языке, уменьшилось с 54% в 1991 году до 17% в 2011-м, а на украинском за этот период возросло с 45 до 82%. В целых регионах обучение на русском языке полностью или почти полностью отсутствует: в миллионном Львове одна русская школа, а в Ровно - и вовсе ни одной! В Киеве из почти 300 школ - 6 русских, в то время как больше половины киевлян - русскоязычные. Аналогичная ситуация с детскими садами, а о высшем образовании на русском языке нечего и говорить, оно частично выживает вопреки законодательству только в городах Востока и Юга. Очевидно, если процесс вытеснения русского языка из вертикали образования не остановить, через 7-10 лет уже никто учиться на нем не будет".[4]
 
"Транспортный коридор" между Западом и Востоком, таким образом, это не только и даже не столько проблемы развития логистики и инфраструктуры на территории нынешней Российской Федерации, это и огромные территории и демографически не освоенные пространства между ключевыми центрами силами XXI века - Западом - странами АТР и Индией.
 
Наконец, для России эта идея имеет исключительное значение в силу выравнивания различий между различными регионами, которые имеют качественный характер.
 
Эта тема стала предметом активного обсуждения в последние годы в политических и научных кругах. Так, на VII Байкальском международном экономическом форуме в сентябре 2011 года общий подход был сформулирован следующим образом[5]:
 
 
Улучшение макроэкономических показателей в России само по себе, автоматически не ведет к сокращению разрыва с ведущими государствами. Прогнозы таковы, что даже сохранение благоприятной конъюнктуры на сырьевые цены может лишь незначительно сократить его к 2020-2025 году. Но для успешной идеологии признание сохранения разрыва на длительную перспективу недопустимо. Целью может быть только лидерство, т.е. опережение развитых стран.
Именно поэтому необходимы иные, а именно качественно новые темпы развития, такие, например, как были в Москве или Ленинградской области в 2003-2007 годы - свыше 10% роста регионального ВВП. Собственно, поэтому Президент России и сформулировал еще в 2003 году задачу "опережающих темпов развития". Опережающих по отношению к ведущим государствам. Задача, которая пока не реализована. Что еще хуже, - в практическом плане она Правительством даже и не ставится. Попытки М. Фрадкова, его призывы к разумной амбициозности пока что ни к чему не привели. Высокие темпы роста 2006-2007 годов можно отнести не к результатам деятельности правительства, их планам и прогнозу, а стихийному росту ряда отраслей и мировой конъюнктуре.
Для сознательного в настоящее время объем государственных инвестиций, направляемых в регионы Восточной Сибири и Дальнего Востока, несопоставим с объемом инвестиций, необходимых для ускоренного развития этих регионов. В 2011 г. в рамках Федеральной адресной инвестиционной программы на строительство объектов на территориях регионов Восточной Сибири и Дальнего Востока планировалось выделить 25,7 и 121,6 млрд руб. соответственно (не включая расходы на исполнение гособоронзаказа). Государственные капиталовложения за счет средств Инвестиционного фонда РФ составляют в Восточной Сибири 13,7 млрд руб., а на Дальнем Востоке - 11,0 млрд руб. Таким образом, для реализации целевого сценария "Новые возможности" необходимо обеспечить запланированный в рамках существующих государственных программных документов объем финансирования развития регионов Восточной Сибири и Дальнего Востока[6].
 
В результате выполнения целевых показателей по инвестициям сценария "Новые возможности" доля участия государства в финансировании инвестиционной программы развития Восточной Сибири и Дальнего Востока может составить от 25 до 34%. Основная часть инвестиционной программы будет финансироваться за счет средств частных инвесторов - российских и международных компаний. В этих условиях ключевой задачей государственной политики по развитию Восточной Сибири и Дальнего Востока является установление в регионе режима развития, стимулирующего экономический рост.
 
В структуре капитальных вложений во всех сценариях будут доминировать российские частные инвестиции. Доля иностранных инвестиций при их пониженном уровне будет максимальной в сценарии "Падение в пропасть", в результате чего произойдет снижение экономического суверенитета России на Востоке страны.
 
 
В этой связи возникает вопрос, имеющий принципиальное значение. Если Россия состоит из множества регионов, радикально отличающихся друг от друга, то средний показатель темпов ее развития (включая уровень НЧП и конкурентоспособности) будет определяться показателями большинства регионов, а не только регионов-лидеров. Это означает создание системы мониторинга, мотивации и координации действий всех уровней и ветвей власти. Рассмотрим возможность такой системы на примере Свердловской области, имея в виду, что эта система должна стать основой всех региональных стратегий развития. Это в полной мере соответствует идее модернизации и долгосрочной стратегии развития страны.
В Концепции долгосрочного социально-экономического развития России до 2020 года, утвержденной 19 ноября 2008 г., в частности, отмечается: "Сбалансированное территориальное развитие Российской Федерации предусматривается ориентировать на обеспечение условий, позволяющих каждому региону иметь необходимые и достаточные ресурсы для обеспечения достойных условий жизни граждан, комплексного развития и повышения конкурентоспособности экономики регионов".
"Достижение этой цели будет обеспечено в ходе реализации государственной региональной политики, направленной на реализацию потенциала развития каждого региона, преодоление инфраструктурных и институциональных ограничений, создание равных возможностей граждан и содействие развитию человеческого потенциала..."[7].
 
 
__________________
 
[1] Тавровский Ю.В. Разворот на Восток // Независимая газета. 2012. 6 июня. С. 6.
 
[2] Концепция внешней политики России. Утверждена Указом Президента РФ В.В. Путина 13 февраля 2013 г. / Эл. ресурс: "Президент России". 2013. 18 февраля / http://президент.рф
 
[3] Тавровский Ю.В. Разворот на Восток // Независимая газета. 2012. 6 июня. С. 6.
 
[4] Погребинский М.Б. Язык и либералы // Независимая газета. 2012. 14 июня. С. 3.
 
[5] Сценарии развития Восточной Сибири и российского Дальнего Востока в контексте политической и экономической динамики Азиатско-Тихоокеанского региона. VII Байкальский международный экономический форум. 2011. Сентябрь.
 
[6] Сценарии развития Восточной Сибири и российского Дальнего Востока в контексте политической и экономической динамики Азиатско-Тихоокеанского региона. М.: Иркутск, 2011. С. 6.
 
[7] Цит. по: Рейтинг факторов и показателей конкурентоспособности регионов России. Департамент стратегического анализа и разработок ВЭБ. М.: ВЭБ, 2009. С. 4.


Main menu 2

tag replica watch ralph lauren puffer jacket iwc replica swiss
by Dr. Radut.