Jump to Navigation

Профессор МГИМО Алексей Подберезкин: Современное положение России в мире и условия сценарного развития

Версия для печати
Рубрика: 
Состояние, перспективы и стратегия России до 2050 года
 
Наш мир стал безопаснее именно благодаря войнам… совершенно
непреднамеренным последствием подобной политики стало
90-процентное падение индекса насильственной смерти в период
с каменного и до XX века[1]
 
Ян Моррис, английский социолог
 
 
Будущее не только рождается, но и существует уже сегодня в некоторых своих проявлениях, которые нужно захотеть и смочь увидеть. Именно поэтому основу любого анализа составляет прежде всего объективный анализ и объективная оценка современного состояния того или иного объекта.
 
Но иногда, в силу разного рода обстоятельств, в том числе политического характера, некоторые оценки не соответствуют реалиям, а потому не являются адекватными. Что, безусловно, сильно сказывается на прогнозе, в особенности долгосрочном, иногда искажая его до неузнаваемости, а иногда и заведомо подгоняя его под нужный результат. В этом проявляется субъективная роль исследований в социальной сфере. А иногда, и очевидно политизированная роль.
 
Кроме того, любой прогноз не должен быть простой экстраполяцией существующих реалий и тенденций. Мир неизбежно сталкивается со сменой основных парадигм своего развития, а в переходные периоды (в котором мы со всей очевидностью находимся сегодня) эта смена происходит особенно быстро и радикально. Это означает, что в прогнозах на долгосрочную перспективу следует учитывать неизбежность таких перемен. 
 
Ошибки в прогнозах можно отчасти избежать с помощью периодизации. Вот почему состояние и перспективы развития России целесообразно, например, рассматривать в рамках двух периодов – среднесрочного, до 2025 года, и долгосрочного, до 2040 года. Рассматривать именно из-за таких неизбежных качественных изменений и смены основных парадигм развития страны, которые должны произойти за это время, не только в России, но и в мире.
 
Наконец, выбор того или иного сценария развития и его варианта зависит от субъективных факторов. Для России это прежде всего качество и намерения правящей политической элиты, которая (как неоднократно показывала история) способна радикально и в короткие сроки повлиять на вектор развития страны и общества. Вот почему в прогнозе всегда присутствуют несколько конкретных вариантов реализации того или иного сценария. Это не просто желательно, но и необходимо для того, чтобы сценарий в условиях конкретной реализации оставался многовариантным.
 
И последнее. Любой сценарий развития России в 2017–2050 годы будет формироваться под очень сильным влиянием внешних факторов, которые могут оказаться не просто сильными, но и даже решающими в этот период. Действия России оказывают влияние на внешний мир, международную и военно-политическую обстановку. Поэтому в прогнозе по возможности необходимо учитывать это влияние.
 
В целом относительные экономические и социальные перспективы развития России и возглавляемой ею ЛЧЦ до 2040 года выглядят очень скромно не только на фоне развития стран-лидеров других ЛЧЦ[2], но и, как минимум, 20–25 ведущих других государств. Более того (в ряде выступлений лидеров Госдумы в ходе отчета правительства Д. Медведева 19 апреля 2017 года) даже пессимистически. Несмотря на все попытки перед отчетом подретушировать ситуацию в стране и перспективы ее развития, вполне оправданными можно считать такие оценки, как: «депрессия», «стагнация», «стагфляция» и даже «кризис».
 
По основному показателю – объему ВВП – Россия не только не рассматривается в качестве конкурента ведущим странам мира, но и находится в лучшем случае на 7–10 месте в мире. Несколько лучше смотрится ситуация, если ее измерять по ППС, о чем свидетельствуют, например, официальные данные последних лет о динамике изменения странового и душевого ВВП по паритету покупательной способности России, стран ЕС, Австралии и Израиля (без таких лидеров роста как КНР, Индия, Индонезия, Бразилия и др. страны).
 
[3]
 
Если же судить по показателям реального ВВП и целому ряду других критериев (особенно объему внешней торговли, уровню технологического развития, конкурентоспособности и др.), то ситуация выглядит намного хуже.
 
Это обстоятельство, а именно (состояние) в 2017 году неизбежно будет влиять на будущее положение России в качестве самостоятельного центра силы в мире в 2025 и 2040 годах, предопределяя во многом возможности и характер ее внешней и военной политики на весь период. Современное состояние и вероятное положение в будущем России можно охарактеризовать как ограниченность национальных экономических и финансовых ресурсов, и других возможностей относительно других ЛЧЦ и центров силы[4].
 
В частности, если говорить о доли ВВП России (опять же по ПСС) сегодня и в будущем относительно США, КНР и Индии, то она качественно отличается от этих государств сегодня, но еще больше будет отличаться в будущем. К сожалению, пока что то же самое пессимистическое обоснование можно сделать и относительно темпов прироста ВВП до 2040–2050 годов, которые во всех странах прогнозируются выше, чем в России.
 
 
Это означает, что если в настоящее время экономика России на ППС уступает экономике США и КНР в 10 раз, а индийский – в 2 раза, то к 2025 году этот разрыв еще больше увеличится, а к 2045 году станет соотноситься как 1 : 15 или даже 1 : 20. Соответственно и доля бюджета, выделяемая на внешнюю и оборонную политику, которая колеблется в пределах 3–4%, будет меньше у России в 15–20 раз меньше, чем у этих стран, если исходить из одинаковых пропорций объема и темпов роста бюджетов.
 
[5]
 
Еще более существенно отставание России в численности и темпах роста населения и качества человеческого капитала[6], которые отмечались в том числе и в проекте Стратегического прогноза РФ до 2035 года, подготовленного осенью 2016 года Министерством экономики России[7]. С этим прогнозом в целом сочетаются и большинство западных прогнозов развития России, в которых два главных показателя государственной мощи – ВВП и количество и качество человеческого капитала – продолжают расти медленными темпами относительно не только развитых государств, но и новых центров силы. Это видно, например, из стратегического прогноза, сделанного в феврале 2017 года корпорацией «Проктер энд Гэмбл». Как видно из приводимых сопоставлений, численность населения России относительно других центров силы и основных ЛЧЦ будет снижаться. Можно говорить даже о критическом несоответствии мощи России, измеряемой ВВП и демографическим потенциалом, относительно лидеров ЛЧЦ.
 
 
[8]
 
Таким образом, развитие сценариев России, как минимум, до 2025 года во многом уже предопределенно ее базовыми ресурсными возможностями, которые выглядят достаточно скромно относительно других ЛЧЦ и центров силы, если не использовать – активно и целенаправленно – главный современный ресурс развития - национальный человеческий капитал (НЧК), определяемый не столько количественными и демографическими показателями, сколько качеством человеческого потенциала граждан страны: образованием, здоровьем, творческими возможностями, интеллектом, культурой и другими качествами[9], а также качеством институтов общества и государства.
 
Используемый сейчас ресурсный и инерционный сценарий содержит риски приведения страны к деградации. Поэтому становится всё более актуальной осмысленная ставка на опережающее развитие страны, которое возможно исключительно через развитие национального человеческого капитала (НЧК) и институтов его развития.
 
Инерционное развитие России в условиях быстро развивающегося мира будет означать стагнацию и деградацию России, которые, в свою очередь, поставят под сомнение способность страны сохранить суверенитет и национальную идентичность. Данные Минфина, иллюстрирующие динамику развития основных макроэкономических показателей, в случае продолжения такой политики, свидетельствуют, что к 2025–2030 годам основные показатели России останутся практически на нынешнем уровне, в то время, когда другие страны (как и в предыдущие десятилетия) будут развиваться темпами в 3–7%.
 
 
Совершенно очевидно, что такой вариант развития не может устраивать Россию и ее правящую элиту. Прежде всего потому, что возникает критическая масса несоответствия между различными ЛЧЦ и центрами силы. Уже не только по уровню ВВП, но и по военной и экономической мощи. Россия в 2030 году (в случае продолжения этой тенденции) уже не сможет обеспечить два главных условия своего существования:
 
– государственный суверенитет, который она будет не способна защищать;
 
– национальную идентичность, которая перестает сохраняться под давлением внешних факторов.
 
Можно привести много примеров того, как это развитие событий может быть реализовано на практике, но, на мой взгляд, оно определенно делится на 2 этапа:
 
– I-ый этап (до 2030 года), характеризуемый нарастанием угроз и их переходом в практическую реальность, когда Россия будет терять одну позицию за другой;
 
– II-ой этап (с 2030 по 2050 год), когда будет формироваться новая реальность на месте прежнего государственного суверенитета и национальной идентичности России.
 
Так, если говорить о военно-политической составляющей последствий  инерционного развития России до 2030 года, то ей предстоит столкнуться с процессом массового создания в США и других странах Запада ВТО оружия новых технологических поколений, которые неизбежно создадут непосредственную военную угрозу России еще до 2030 года. По мнению генерального директора Концерна ВКО «Алмаз-Антей» Я.В. Новикова, темпы роста численности только КР морского и воздушного базирования будут следующими.
 
[11]
 
Повышение возможностей использования КР к 2025 году приведет к созданию для России качественно новой угрозы массированного нападения с помощью неядерных КР стратегического характера
 
[12]
 
В эти же годы в других областях военного строительства США произойдут не менее значительные перемены. В частности, среди средств воздушно-космического нападения, а также систем противоракетной обороны.
 
 
[13]
 
Сказанное означает, что от России потребуются, как минимум, не менее масштабные усилия в области ПРО, о которой Я. Новиков свидетельствует следующее.
 
[14]
 
Между тем, если вернуться к экономическим и технологическим перспективам развития России и других центров силы в мире, то неизбежно придется сделать вывод о том, что противодействовать придется в условиях, когда соотношение экономических сил (по объемам ВВП) с Западом будет 1 : 30, а в области современных технологий – 1 : 70 или даже 1 : 100.
 
Подобная перспектива неизбежно ставит вопрос о возможности противодействия, т.е. о сохранении суверенитета и национальной идентичности в будущем. Это требует, как минимум, вернуться к вопросу о существующих возможностях России и поиске способов их увеличения.
 
 
____________________________
 
[1] Моррис Я. Война! Для чего она нужна? Конфликт и прогресс цивилизации – от приматов до роботов. – М.: Кучково поле, 2016. – С. 11.
 
[2] Подберезкин А.И., Родионов О.Е., Харкевич М.В. Стратегический прогноз развития отношений между локальными человеческими цивилизациями. – М.: МГИМО-Университет, 2016. – С. 6–8.
 
[3] Российский статистический ежегодник 2016. Статистический сборник // Россия в цифрах, 2016
 
[4] См. подробнее: Подберезкин А.И. Стратегия национальной безопасности России в XXI веке. – М.: МГИМО-Университет, 2016. – С. 338.
 
 
[6] См. подробнее: Подберезкин А.И. Национальный человеческий капитал. – М.: МГИМО-Университет, 2011. – Т. 3.
 
[7] Бутрин Д. Генштаб не верит несекретным прогнозам // Коммерсант,2017. 14 марта / http://www.kommersant.ru/doc/3107308
 
 
[9] См. подробнее: Подберезкин А.И. Национальный человеческий капитал: монография в 3 т. Т. 1–3. – М.: МГИМО (У), 2011–2013 гг.
 
[10] Россию ждут 15 лет застоя, если не будет реформ и не подорожает нефть / http://www.vedomosti.ru/economics/articles/2016/02/15/629411-15-let-zastoya
 
[11] Новиков Я.В. Презентация. Международная конференция. – М.: МГИМО-Университет, 2014. 16 сентября.
 
[12] Новиков Я.В. Презентация. Международная конференция. – М.: МГИМО-Университет, 2014. 16 сентября.
 
[13] Новиков Я.В. Презентация. Международная конференция. – М.: МГИМО-Университет, 2014. 16 сентября.
 
[14] Новиков Я.В. Презентация. Международная конференция. – М.: МГИМО-Университет, 2014. 16 сентября.


Main menu 2

tag replica watch ralph lauren puffer jacket iwc replica swiss
by Dr. Radut.